«Люди стали меньше брать, свинину девать некуда». Нашли продукт, который дешевеет, а животноводы говорят о крахе

Хоть что-то в России дешевеет. И не туры в Таиланд или айфоны, а настоящий народный продукт — свинина. В годовом исчислении оптовые цены к концу ноября снизились по различным отрубам. Наиболее ощутимо подешевела грудинка — на целых 27%. Товарные свиньи в целом упали в цене на 14%, полутуши — на 10%. Лопатка потеряла 7% стоимости, а окорок — 4%. Единственной позицией, показавшей рост, стал карбонад, прибавивший 14%.

Покупатели, конечно, радуются, а вот производителям свинины не до радости — у них ведь падает рентабельность. Подробности — в материале MSK1.RU.

Профессор Леонид Холод, бывший заместитель министра сельского хозяйства и продовольствия России, комментируя в беседе с MSK1.RU ситуацию, говорит, что рынок свинины подвержен постоянным ценовым колебаниям. С одной стороны, постоянно открываются новые крупные комплексы, но при этом остро стоит проблема сокращения спроса.

«Реализовать не могут, — емко констатирует Холод, вспоминая статистику о падении посещаемости продовольственных магазинов и сокращении покупок не только свинины, но даже птицы. Это прямо указывает на снижение платежеспособного спроса населения. Вот видите же, что на 10 процентов сократилось потребление мяса. Производители очень хотели бы цены поднять, но население тоже имеет свои возможности платежеспособного спроса.

Одним из основных амортизаторов перепроизводства в любой отрасли является экспорт. Однако для российского рынка свинины этот механизм работает с трудом.

«Если бы беспроблемно работал бы „клапан“ внешнеэкономический, то есть у тебя лишнее образовалось — ты быстро сориентировался, бах, продал. Но со свининой и вообще с мясом это достаточно тяжело. Нужно огромное количество всяких бумаг, условий, сертификатов и длительные процедуры, связанные прежде всего с контролем болезней, — объясняет Холод.

Хотя российские свиноводы начали поставлять продукцию в Китай, этот рынок также не является панацеей. Китай располагает собственным крупным производством, что позволяет ему диктовать свои условия для российских экспортеров, говорит Холод. В результате, как только на внутреннем рынке образуется избыток свинины (как сейчас), начинается «игра нервов». Производители хотели бы поднять цены, чтобы компенсировать растущие издержки, но не могут реализовать продукцию. А хранить ее долго нельзя, это ведет к дополнительным расходам и потере качества. Так что приходится продавать даже по невыгодным ценам, объясняет Холод.

По мнению Холода, вся эта ситуация является плохим сигналом для всей аграрной отрасли России. Снижение оптовых цен напрямую бьет по рентабельности производителей свинины, особенно учитывая продолжающийся рост производственных издержек, включая дорожающие корма, энергоресурсы и логистику. Если маржинальность продолжит сокращаться, это может привести к замедлению инвестиций, закрытию менее эффективных ферм и, как следствие, к долгосрочной нестабильности в животноводческом секторе, прогнозирует профессор Холод.

«Но подождите, сейчас новогодний спрос на мясо так или иначе будет оживляться, и я думаю, что падение минимум прекратится», — говорит эксперт.

«Ничего странного нет. Просто рынок начинает захлебываться. Меньше стали люди брать свинину, девать ее некуда, поэтому и цена падает», — говорит председатель общественного движения «Федеральный сельсовет» Василий Мельниченко.

По его словам, избыток «скороспелой» свинины, выращенной с применением стимуляторов, приводит к затовариванию рынка и ставит под вопрос качество продукта, предлагаемого потребителям.

По словам эксперта, для крупных свиноводческих холдингов, которые составляют львиную долю рынка, стоимость производства невысока. Эти гиганты, имеющие собственные комбикормовые заводы и выращивающие свое зерно, получают сырье значительно дешевле. Таким образом, несмотря на общее падение цен, их издержки относительно низки, что позволяет им сохранять определенную маржу.

Большая проблема — даже не цены, а качество продукции, говорит Мельниченко. По его словам, современные технологии позволяют выращивать «скороспелок» — свиней, достигающих товарного веса всего за 90–100 дней. В то время как в естественных условиях свинья должна нагуливать товарный вес 180 дней.

«Мы обманываем природу, то есть мы стимулируем их рост. Анаболики даются, специальные стимуляторы роста. Такое мясо имеет и другой вкус, и я так понимаю, и другой состав», — объясняет Мельниченко.

Таким образом, для потребителя дилемма: более низкая цена, но компромисс в качестве, или более высокая цена за продукт, выращенный в естественных условиях.